Мне всегда было интересно, как мыслят гении. Что именно они себе думают, как работает их воображение, что происходит, когда они остаются наедине сами с собой. Настоящее мастерство - это такая странная вещь, непонятно откуда берущая начало, от бога ли, дьявола (что бы из себя не представляли эти сущности), зазеркалья или глубокого космоса, и эта странная штука очень плохо поддается осмыслению с точки зрения обычного человека; то, что для гения очевидно, домашне и пушисто, обычный человек склонен принимать как нечто из ряда вон.

Кристофер Нолан в этом смысле успешно задвигает очень многих, уж который год. Все его фильмы, вне зависимости от того, какую историю нам желает поведать режиссер, представляют собой безусловное событие. Конечно, нельзя ставить Нолана в один ряд с признанными классиками - но ровно по той простой причине, что гениев в принципе бессмысленно как-то строить, классифицировать или ранжировать. Каждый такой не-с-этой-планеты фрик - уникальное, само по себе ярчайшее событие в истории, и абсолютно не нуждается в помещении на какую бы ты ни было виртуальную ступеньку какой бы ты ни было лестницы рангов, будь то Дель Торо, творец крышесрывающих сюрреалистичных образов, умело прячущий под вощеным лоском попкорновой фентези свой пандемониум существ из другого мира, или Гринуэй, задумчивым пинком отправляющий зрителя прямиком на темную сторону, где вечно можно блуждать в по лабиринтам разнообразных человеческих девиаций.
Нолан же одним легким движением руки вершит кощунственную магию: на глазах у всех средней руки комикс (пусть и культовый) превращается в глубокую, тщательно детализированную драму, где нет правых и виноватых, очень плохих или очень хороших. "Темный рыцарь" делает зрителю царский подарок: дает возможность на уровне примитивных животных инстинктов в полной мере понять и осознать то, над чем обычно надо долго и упорно размышлять. Он оперирует не назидательными пафосными нотациями о несовершенстве мира, но действует напрямую на чувства и ощущения; и когда зритель только начинает подозревать, что его мастерски водят за нос - трепыхаться поздно. Потому что он уже в абсолютной власти происходящего на экране, и единственное, что остается - выползти через два с половиной часа из кинотеатра с ошалелым видом и выдохнуть - "это было круто".
И - да, от комикса здесь осталась, пожалуй, лишь некоторая нарочитая гротескность персонажей, которая, впрочем с лихвой искупается тем, что теперь прекрасно видно, с чего бы тертым-перетертым мафиози при упоминании клоуна в резиновом презервативе на все тело бледнеть лицом и начинать бегать из угла в угол, терзая жалкие остатки волос. А упомянутому клоуну чем дальше - тем очевиднее, что нельзя безнаказанно вершить человеческие судьбы, пусть даже если ты вроде как на стороне добра. И что ноша, которую должен быть готов взвалить на себя берущий ответственность хотя бы за одного человека, не говоря уж о целом городе - вовсе не так легка, и спрос обязательно воспоследует, в том или ином виде.
Условное зло, конечно же, не дремлет - как и у любого условного зла, у него нет проблем с моралью, законами и полностью развязаны руки. А условное добро в это же самое время решает вечную дилемму: оправдывает ли цель средства? Насколько далеко можно позволить себе зайти, чтобы не превратиться в собственную противоположность? А если иначе - никак? На улицах Готэма во всей своей декадентской красе разворачивается все та же вечная борьба добра со злом - но не в классическом лубочно-сказочном ключе, а максимально естественно: когда зло и добро являются всего лишь зеркально отражающими друг друга одинаково уродливыми половинками одной карты. Линия, разделяющая их - очень тонка, и вполне ожидаемо, что Белый рыцарь Готэма терпит поражение - но вовсе не в битве со злым гением Джокера, а с самим собой.
Джокер в этой истории - вовсе не очередной бэтзлодей. Он для этого слишком хорош. Джокер - стихийное бедствие, и как любое стихийное бедствие - играет по своим собственным правилам. Мучается ли торнадо угрызениями совести или просто делает, что должно? Джокер стоит в стороне и смеется своим фирменным смехом, в то время как хорошие парни наперегонки сражаются с собственными химерами. И каждый - каждый! - получает свой собственный неповторимый шанс сломаться, преступить закон, пойти на сделку с совестью, причинить боль своим (или не своим) родным, продаться или сделать неправильный выбор. Джокер скрупулезно случится с каждым из них - и каждый после этого должен будет решить, как жить дальше. И жить ли вообще.
Но кто говорил, что будет легко?
